Покой не будет вечным. Колумбарий особого назначения на Донском кладбище, где похоронены военные, учёные, испытатели, готовят к переезду. Почему решили потревожить усопших, и как в Москве переносили целые погосты 80 лет назад?
Храм Серафима Саровского на Донском кладбище – одно из самых страшных мест в истории Москвы. Бывший спецобъект ОГПУ-НКВД-КГБ, фабрика для тайного уничтожения репрессированных. Он же – первый в СССР крематорий: в 1927-м вместо алтаря поставили печи. Он же – закрытый колумбарий. Скандал разгорелся после того, как в нишах появились записки от администрации, и родственники похороненных узнали о планах переноса урн.
"Считаю, что мёртвых нельзя трогать, я категорически против переноса. В этой нише похоронен мой папа, он был главным авиационным конструктором", - подчёркивает Константин Матвеев.
Дипломаты, учёные, выдающиеся врачи и актёры, партийные бонзы – элита 1930-50-х захоронена прямо в стенах храма. Некрополь особого назначения, вход по спецпропускам. Как это выглядит, до сих пор видели немногие.
"Вот надгробие военачальника, который защищал Москву в 1941-м году, дивизионный комиссар, член военного совета. Вот генерал-майор Березинский, он с 1941 по 1943 год командовал обороной Ленинграда", - перечисляет пресс-секретарь общества некрополистов Елена Чарданцева.
Целая стена с захоронениями авиаконструкторов, парашютистов, испытателей. Во времена тотального атеизма прах лётчиков хоронили внутри авиадвигателей, артиллеристов упокаивали в снарядах, чекистов – в гигантских значках НКВД. Всё вокруг обветшало, не соответствует христианским обычаям и, по мнению руководства Донского монастыря, нуждается в срочной реставрации, ради чего и затеян перенос колумбария.
"Всё заплесневелое, в копоти, всё обваливается, страшно прикасаться. Плачевное состояние. Вот здесь мы видим, как с потолка упала штукатурка на стеклянную колбу. В следующий раз, наверное, упадёт кирпич. Вот здесь стоят шкафы, которых были в 30-40-х годах сделаны из фанеры. Они простояли 70-80 лет, совершенно ветхие, их невозможно открыть", - отмечает руководитель пресс-службы Донского монастыря игумен Никон (Головко).
Формально бывший крематорий передали церкви ещё в 1990-х. Теперь уже алтарь обустроили на месте печей, в которых сотрудники спецобъекта за 25 лет сожгли десятки тысяч тел жертв "большого террора".
"Сюда привозили сжигать тела тех, кто были расстреляны на Лубянке и на Никольской улице, в здании коллегии ГПУ", - уточняет историк Татьяна Бажутина.
Пепел сбрасывали тут же, в яму у стены. Сейчас здесь братская могила. А рядом – ещё один колумбарий, куда столичный департамент торговли и услуг и предлагает перенести захоронения из храма.
"У нас на сегодняшний день имеется там порядка 2530 свободных ниш", - отмечает заместитель руководителя департамента торговли и услуг Москвы Андрей Марсий.
Однако в храме – 3 тысячи ниш, в которых – около 7 тысяч урн с прахом. Родственников у большинства усопших не осталось. Сотни захоронений при переносе, скорее всего, просто исчезнут. В последний раз столь массовый перенос праха москвичей случился летом 1931 года, при закрытии кладбища Даниловского монастыря, и закончилось всё скверно. Именно тогда на глазах трёх десятков писателей, чекистов и судмедэкспертов исчезла голова Гоголя.
"Что-то пошло не так, как было запланировано. Как ни странно, документов на этот счёт не сохранилось совсем, кроме этого акта эксгумации, подписанного рядом советских писателей", - рассказывает председатель гоголевской комиссии РАН Владимир Воропаев.
Тот самый акт на огрызке тетрадного листка. Всё. В газетах – ни слова. Случилось нечто, о чём очевидцы эксгумации молчали десятки лет, а большинство – и до самой смерти. Единственное свидетельство участника перезахоронения, литератора Владимира Лидина, написано им спустя много лет, тайно, на папиросной бумаге.
"Черепа в гробу не оказалось, и останки Гоголя начинались с шейных позвонков. Весь остов скелета был заключён в хорошо сохранившийся сюртук табачного цвета", - читает воспоминания начальник отдела архивных коммуникаций Российского государственного архива литературы и искусства Наталья Стрижкова.
И тут советские пропагандисты, собранные, чтобы осветить в прессе перенос праха Гоголя на Новодевичье кладбище, бросились раздирать прах великого предшественника на куски. Судя по мемуарам, кто тащил ребро, кто – башмаки, кто рвал камзол и прятал берцовую кость. Одно из возможных объяснений такого мародёрства – коллективная мистификация. Писатели могли наверняка знать: перед ними – не Гоголь.
"Они просто не сумели найти могилу, и была версия, что прах Гоголя так и остался лежать на кладбище Даниловского монастыря, а на Новодевичье кладбище перенесли неизвестно что", - считает Владимир Воропаев.
Косвенных подтверждений того, что в могиле на Новодевичьем Гоголя нет, много. В августе 1938-го следователь НКВД Михаил Анохин вёл уголовное дело о пропавшем Гоголе, но результаты засекречены, а все, кто что-то знал, сгинули. Сегодня подобная мистика маловероятна, но кое-какие сюрпризы храм-колумбарий на Донском уже преподносит.
"Именно в храме есть объект культурного наследия федерального значения. Это захоронение праха академика Сергея Ивановича Солнцева", - отмечает Андрей Марсий.
Ничем не примечательная ниша давно забытого профессора экономики. Не много не мало – федеральный памятник, из-за которого колумбарий по закону нельзя ни перестраивать, ни вообще трогать.
"Я вижу выход. Нужно придать этому всему статус музея", - считает пресс-секретарь общества некрополистов Елена Чарданцева.
Но и оставлять всё как есть – тоже нельзя. Судя по обваливающимся сводам, лет через пять колумбарий перестанет существовать сам собой.
Покой не будет вечным. Колумбарий особого назначения на Донском кладбище, где похоронены военные, учёные, испытатели, готовят к переезду. Почему решили потревожить усопших, и как в Москве переносили целые погосты 80 лет назад?